Музей К.А. Федина > Пресса > Ирина Крайнова о круглом столе «Духовные и творческие взаимосвязи: М. Лермонтов и М. Врубель»

Ирина Крайнова о круглом столе «Духовные и творческие взаимосвязи: М. Лермонтов и М. Врубель»

В СИЯНИИ НЕУТОЛЕННЫХ ГЛАЗ…

В  этом году исполняется 175 лет со дня гибели Лермонтова и 160 лет со дня рождения Врубеля.

Этим двум вехам в истории русского искусства, соединенным в образе мятущегося Демона, посвящался круглый стол в Фединском музее. Назывался он «Духовные и творческие взаимосвязи: М. Лермонтов и М. Врубель» и проходил в рамках совместного проекта музея К.А. Федина и Саратовского художественного музея им. А.Н. Радищева. Вела заседание филолог, заместитель директора музея Елена Мазанова.

Как  считает Елена Артуровна, одной из главных тем в  творчестве поэта и художника стала тема Демона. «Образ Демона является не только лирическим героем произведений Лермонтова и Врубеля, но определенной художественной формой философского мировосприятия. Мы можем с уверенностью говорить, что гениальная поэма Лермонтова «Демон» и поразительные врубелевские рисунки к ней стали вершинами в творчестве обоих мастеров».

Познакомив  слушателей с основными вехами их биографии, ведущая дала слово участникам обсуждения: ученым-филологам, искусствоведам, поэтам, художникам, музейным сотрудникам. Стол проходил в форме свободного обсуждения,  версии высказывались самые различные. От трагичности и усложненности мировоззрения поэта и художника неожиданно перешли к военной службе Лермонтова, причем  выступающий настаивал на том, что тот был «настоящий поручик». Никто  и не сомневается в личной храбрости гусара Лермонтова, однако, прежде всего, он был мыслитель  и поэт. Конечно, в обсуждениях всплыла  «вечная» тема, кто же более великий из двух наших величайших поэтов. Приводилось высказывание философа Василия Розанова, что «Лермонтов-де, был гениальнее Пушкина, урожденнее его». Мне кажется, сравнивать их между собой по величине так же нелепо, как мерить два светила – самые яркие звезды на ночном небосводе. У каждого свой свет, своя орбита. Художник и лидер хвалынского движения Владимир Мошников  в обширном и очень содержательном  сообщении показал срез творчества Врубеля  на основе его картин и фресок, проведя свой анализ. «Приговор» Владимира Александровича идейным исканиям символиста строг. Увлекаясь философской глубиной темы, надо бы помнить, что художники и поэты Серебряного века были натуры сомневающиеся и ищущие. Время такое было. Только юный поручик, живший раньше Врубеля, сумел, видимо, обуздать своих демонов («Ночь тиха. Пустыня внемлет богу, //И душа с душою  говорит…», – это  тоже Лермонтов). А  больной, измученный художник – не смог. Очень интересным было сообщение заместителя директора Радищевского музея Людмилы Пашковой о саратовских адресах Врубеля. В наш город перевели его отца-военного. Гимназию мальчик не посещал – занимался  частным образом. Жили они в казармах у вокзала, где теперь, по неслучайной случайности, располагается художественное училище. Выступившая затем сотрудница музея им А.Н. Радищева познакомила с двумя работами Врубеля, имеющихся в богатейшей коллекции музея, а также с рисунком М.Ю. Лермонтова. Тема романтического, реалистического и символического  у Лермонтова и Врубеля показалась мне далеко не исчерпанной. Порассуждать бы еще  на эту тему, послушать подробный  искусствоведческий анализ чудных врубелевских картин… 


Назад